top of page

ТАКОЙ МОМЕНТ НАСТАЛ В НОЧЬ ЙОМ КИПУРА



После молитвы большинство молящихся отправились по домам. И лишь немногочисленные учащиеся приготовились провести всю ночь в изучении Торы. Они были привычны к ночам, наполненным Торой, и знали, что это не помешает им молиться в сам святой день. И богач тоже остался. Он приготовился всю ночь учиться и читать Теилим, чтобы удостоиться хорошего приговора Свыше....


МУЖСКАЯ И ЖЕНСКАЯ РАБОТА


Саба из Кельма говорил – так я слышал от рава Элияу Лопьяна – что мы обязаны помнить исход из Египта всю жизнь, каждое утро и вечер, поскольку нет ни одного принципа еврейского мировоззрения, который не был бы одним из уроков исхода из Египта.


Один из этих принципов, который особенно важен для нас в нашу эпоху, полную путаницы и тумана, это сказанное: «И отягощали их жизнь тяжкой работой». Наши мудрецы объясняют, что египтяне заставляли мужчин делать женскую работу, а женщин – мужскую.


Поэтому-то она и была такой тяжелой – они не были привычны к ней. Это непонятно. Что египтяне выигрывали от этого? Наоборот, одни убытки. Ведь мужчины умело выполняют свою работу, а женщины – свою. Сказанное в Коэлет: «Все сделал прекрасно в нужное время» учит нас, что Всевышний дал каждому любовь к своему ремеслу, и даже кожевнику (работа которого сопровождается отвратительными запахами) нравится его работа.


Всевышний сделал это, чтобы в мире не было недостатка ни в одном ремесле. Тем более, мужчинам по душе их работа, а женщинам – их. И когда египтяне поменяли им работы, они причиняли ущерб себе не меньше, чем отравляли жизнь евреям. Зачем же они это делали? Зачем? Чтобы научить нас чему-то очень важному. Чтобы мы задумались над всей этой темой египетского рабства и избавления от него в свете слов Рамбама, который писал своему сыну в письме: «Следует знать, сынок, что фараон, царь Египта – это самое настоящее дурное начало». То есть, следует учить всю историю египетского изгнания, как подобие рабства у дурного начала.


Так мы можем понять, что одна из уловок дурного начала – убедить человека поменять его роль. Как в известной истории. В городе Бриске (Брест-Литовске) был один богатый человек, чье сердце было закрыто перед стенаниями бедняков. Слова сборщиков пожертвований на него не действовали, и они попросили главного раввина города, великого рава Йосефа Дова Соловейчика, автора книги «Бейт а-Леви», поговорить с ним. Ведь сколько есть бедных, взывающих о помощи, скольким семьям этот богач мог бы помочь…


Однако рав знал, что «Так же, как заповедано говорить слова, которые будут услышаны, точно так же есть заповедь не говорить того, что не услышат». Поэтому он ждал подходящего момента. Такой момент настал в ночь Йом Кипура. После молитвы большинство молящихся отправились по домам. И лишь немногочисленные учащиеся приготовились провести всю ночь в изучении Торы.


Они были привычны к ночам, наполненным Торой, и знали, что это не помешает им молиться в сам святой день. И богач тоже остался. Он приготовился всю ночь учиться и читать Теилим, чтобы удостоиться хорошего приговора Свыше. Рав обратился к нему: «Разве вы привыкли проводить бессонные ночи?» Тот ответил, что нет, но что делать – он страшится Суда, а известно, что чтение Теилим отменяет тяжелые приговоры.


«Скажите, — продолжил спрашивать рав, — вы ведь человек мира, знаете, как устроена армия. Расскажите мне». Тот с удовольствием стал объяснять: «Армия состоит из разных дивизий. Есть пехота, есть конная дивизия, есть артиллерия, есть связисты, есть снабженцы и так далее. А почему вы спрашиваете, рав?»


«Интересно… да вот сердце у меня болит за евреев, которых мобилизуют на двадцать пять лет, а ведь среди них есть и семейные люди. Как вы считаете, если они сбегут из армии и вернутся домой…»


«Не советовал бы я им это делать! – решительно ответил богач, — Их все равно разыщут и отдадут под суд. В мирное время наказание – двести палок и перевод на службу в место, откуда не сбежишь. А в военное время точно получат смертный приговор».


«Да? А если он, скажем, остался в армии, но самостоятельно перешел из одного рода войск в другой, скажем, из пехоты – в снабженцы?»


«Это тоже дезертирство, — постановил богач, — во время войны и его приговорят к расстрелу. Ведь если каждый солдат будет сам выбирать, где ему служить, – армия не сможет функционировать!»


«Интересно, — ответил рав, — знаете, почему я спрашиваю? Завтра – День Суда, все мы предстанем перед судом. Все мы желаем удостоиться хорошего приговора и смягчить его. Свыше нам дают разные пути для этого. Мудрецам Торы Всевышний даровал бескрайние силы для учебы, способность сосредоточиться и бодрствовать всю ночь, и весь день тоже оставаться бодрыми и вдохновенно молиться.


Вам Свыше дали богатство, чтобы оказывать помощь бедным и приумножать добрые дела и цдаку. У Иссахара своя роль, а у Зевулуна – своя. Никто не освобождает Зевулуна от обязанности учиться в любое свободное время, но основная его задача – позволять Иссахару учиться. Завтра откроют Вашу книгу жизни и проверят Ваши деяния. Что обнаружат? Что Вы дезертировали. Вместо того, чтобы увеличить цдаку и поддержку учащим Тору, Вы всю ночь не спали и учили Тору… Если бы вы давали цдаку, и, кроме того, желали учиться в эту ночь, – замечательно. Но если вы не даете ничего, да еще и прибиваетесь к учащим Тору – вы просто дезертировали из своего полка, и приговор вам вынесен!»


«Нет!» – в страхе ответил богач.


«Есть и еще одна возможность… — задумался рав Соловейчик, и глаза богача загорелись надеждой, — я могу подать прошение от вашего имени перейти в наш полк. Но тогда ваше богатство, конечно, вас покинет…»


И на это богач не был согласен. Тогда рав сказал: «Тогда послушайте моего совета: если Вы действительно желаете удостоиться положительного приговора – примите на себя открыть свою руку для цдаки и хеседа, и идите спать!»


Продолжение следует...


Рав Яаков Галинский.

Перевод: г-жа Лея Шухман.

4 просмотра
bottom of page