ТЕРРОР НА ТИША БЕ-АВ В НЬЮ-ЙОРКЕ

В день Тиша бе-Ав — самый тяжёлый, самый трагический и печальный день в еврейском календаре — молодой еврей вышел из синагоги после дневной молитвы на Upper West Side в Манхэттене.

И вдруг к нему бросился человек. По словам полиции и свидетелей, нападавший кричал “Аллаху Акбар” и ударил его в грудь острым предметом, рядом с сердцем. Это была не просто драка. Это была попытка убийства. Подозреваемому предъявили обвинения, включая attempted murder и hate crime counts.

Представьте себе. Это Нью-Йорк. 2026 год. Еврей выходит из синагоги в день национального траура, в день, когда мы вспоминаем разрушение Храма, изгнания, страдания еврейского народа, — и его пытаются убить на улице Манхэттена.

И здесь мы должны сказать правду: такие вещи не происходят в пустоте. Когда каждый день звучит ненависть к Израилю, когда еврейское государство демонизируют, когда лидера единственной еврейской страны называют военным преступником, когда слово “геноцид” используют против Израиля снова и снова, — это создаёт атмосферу. И в этой атмосфере еврей на улице становится мишенью.

Мамдани снова и снова выступает против Израиля, против Нетаниягу, против Армии обороны Израиля. Он говорил, что считает Беньямина Нетаниягу военным преступником и что тот не должен быть желанным гостем в Нью-Йорке; при этом эксперты отмечали, что у мэра Нью-Йорка нет реальной юридической власти арестовать действующего иностранного лидера, особенно во время визита на Генассамблею ООН.

Но вопрос не только в юридической власти. Вопрос в риторике. Почему у него такая одержимость именно Израилем? Почему именно лидер единственного еврейского государства становится для него главной мишенью? Почему он не обещает арестовывать лидеров Ирана, где режим вешает молодых людей, подавляет протесты, уничтожает собственный народ?

Недавно правозащитные организации сообщили о казни Мехди Ханаки, 26-летнего жителя Караджa, арестованного после протестов и казнённого в Иране 22 июля 2026 года. Правозащитники писали о пытках, закрытых процессах и отсутствии независимой информации по делу.

Где об этом ежедневные речи? Где такая же ярость? Где такая же политическая энергия? Но когда речь идёт об Израиле — слова находятся сразу.

Мамдани и такие, как он, называют происходящее в Газе “геноцидом”. Но какой это геноцид, если Израиль, имея всю военную мощь, годами ведёт войну против террористической организации, которая прячется среди мирного населения, держит заложников и использует собственных людей как живой щит?

Армия обороны Израиля защищает еврейский народ после 7 октября. После убийств. После изнасилований. После сожжённых домов. После похищенных детей, женщин, стариков.

Но вместо того чтобы говорить о террористах, мир снова обвиняет Израиль. И эта риторика опасна. Потому что слова приводят к действиям.

Когда политик день за днём демонизирует Израиль, когда еврейское государство выставляют абсолютным злом, когда еврейского лидера превращают в символ ненависти, — кто-то на улице слышит это по-своему.

И потом еврей выходит из синагоги — и получает удар в грудь. Нельзя делать вид, что между словами и насилием нет связи.

Конечно, тот, кто поднял руку, несёт прямую ответственность за своё преступление. Но общество должно спросить и другое: кто создал атмосферу, в которой еврей снова боится выйти из синагоги? Кто каждый день подливает масло в огонь? Кто превращает ненависть к Израилю в норму городской политики?

Мамдани должен остановиться.

Евреи Нью-Йорка имеют право на безопасность. Все они должны знать, что город стоит с ними, а не против них.

Дай Б-г, чтобы пострадавшие получили полное выздоровление. Чтобы Всевышний защитил евреев Нью-Йорка, Израиля и всего мира. И чтобы лидеры, особенно в такие опасные времена, понимали силу своих слов и ответственность за то, что они несут в общество.

До новых встреч, друзья,

Рав. Нахум Казиев.