ПОЧЕМУ МАМДАНИ ПОБЕДИЛ НА ВЫБОРАХ

(В сокращении)

Photo by Luke Stackpoole on Unsplash + Иллюстрация: kontinentusa.com / AI

Перевод статьи Джонатана С. Тобина о том, как нормализация левым мейнстримом юдофобии и бегство среднего класса из Нью-Йорка в течение последнего десятилетия, предрешили победу марксистского исламиста и юдофоба.

… жители Нью-Йорка избрали человека, вся политическая карьера которого построена на противостоянии самому существованию Государства Израиль и на убеждении, что поддержка тех, кто добивается его уничтожения, – это путь к «лучшему миру».

Это означает, что он, как и обещал, будет проводить политику, направленную против Израиля и евреев, и она будет иметь самые серьёзные последствия для еврейских жителей города…

В Нью-Йорке Мамдани ни один еврей больше не может рассчитывать на защиту со стороны городских властей. Впрочем, его политика попустительства преступникам и враждебность к полиции сделают город куда менее безопасным для всех, без исключения, его жителей…

***

Джонатан С. Тобин:

Средства массовой информации и Демократическая партия, сдвинувшие «окно Овертона» так, что призывы к геноциду евреев стали считаться допустимой темой обсуждения, помогли избрать марксиста в мэра Нью-Йорка.

В конце концов, все споры и отчаянные попытки что-либо изменить за последние четыре с половиной месяца ничего не дали.

Выборы мэра Нью-Йорка по сути были предрешены ещё 24 июня, когда депутат Ассамблеи штата Нью-Йорк Зохран Мамдани одержала уверенную победу на праймериз Демократической партии, оставив позади бывшего губернатора Эндрю Куомо, занявшего второе место. Все последующие усилия предотвратить победу Мамдани в ноябре оказались тщетными.

В глубоко «синем» Нью-Йорке, где Мамдани пользовался поддержкой Демократической партии, почти всех либеральных СМИ страны и сталкивался со слабыми альтернативами в бюллетене, шансы на его поражение в общем голосовании были ничтожны.

Были серьезные причины опасаться последствий избрания не просто демократического социалиста, намеренного привнести в мэрию целый набор марксистских рецептов, но и политика, чья карьера чётко выстроена вокруг навязчивой враждебности к Израилю и еврейскому народу. Однако главные препятствия на пути кампании, пытавшейся мобилизовать умеренных избирателей и евреев города, заключались отнюдь не в нежелании многих голосовать за Куомо или республиканца Кёртиса Сливу.

ЛИБЕРАЛЬНАЯ ЭКОСФЕРА

Главная проблема состоит в том, что качества, которые раньше сделали бы Мамдани невозможным выбором для большинства избирателей – и, следовательно, лишили бы его шансов на избрание, – перестали восприниматься как дисквалифицирующие. Марксист и сторонник антисемитских позиций больше не считается маргиналом. Среди демократов Нью-Йорка это больше не воспринимается как нечто неприемлемое.

В последнее десятилетие идеология и послужной список избранного мэра оказались полностью нормализованы в нынешней либеральной политической среде.

Ещё недавно человек вроде Мамдани не имел бы ни малейшего шанса. Но в 2025 году политик, распространяющий кровавые наветы о том, что Израиль и евреи якобы ответственны за полицейское насилие против афроамериканцев в Нью-Йорке, одобряющий лозунги о геноциде евреев и уничтожении Израиля («От реки до моря») и призывы к террору против евреев во всём мире («Даёшь интифаду по всему миру!»), стал не просто приемлемым, но даже воспринимается как «глоток свежего воздуха».

Многолетнее продвижение прогрессивистских идей через американские институты – где токсичные концепции вроде критической расовой теории, интерсекциональности и «поселенческого колониализма» превратились в новую ортодоксию, – дало свои плоды.

Вместе с внедрением «вок»-доктрины разнообразия, равенства и инклюзии (DEI), усилившей расовую сегрегацию и заклеймившей евреев и Израиль как «белых угнетателей», прогрессистские идеи завоевали не только академическую среду, но и значительную часть политического и культурного истеблишмента, подготовив почву для принятия Мамдани.

Американские либералы прежнего поколения ни на мгновение не потерпели бы мысли о том, что Мамдани может представлять их или их партию. Но если The New York Times уже регулярно публикует антисемитские статьи, призывающие к уничтожению Израиля и клеймящие его как «государство апартеида» или «виновное в геноциде», то очевидно, что «окно Овертона» сдвинулось настолько, что ненависть к евреям стала полностью дозволенной в общественном пространстве.

Стоит ли в этой ситуации ожидать, что электорат, состоящий в основном из современных политических либералов, воспримет кандидата в мэры, разделяющего те же взгляды, как маргинала и экстремиста, выходящего за рамки допустимого?

В этой ситуации ничто из того, что могла бы предпринять коалиция противников Мамдани, уже не могло загнать джинна антисемитизма обратно в бутылку.

ДРУГОЙ НЬЮ-ЙОРК

Есть, увы, и простой факт: электорат Нью-Йорка за одно поколение изменился до неузнаваемости.

Тот Нью-Йорк, который дважды избирал республиканца Руди Джулиани в 1993 и 1997 годах – шаг, ознаменовавший удивительное возрождение города с точки зрения экономики и качества жизни, – а затем трижды избирал умеренного независимого политика и еврея Майкла Блумберга (в 2001, 2005 и 2009 годах), просто перестал существовать.

За последние двадцать пять лет значительная часть работающего среднего класса города, включая белых этнических избирателей и тех, кто разделял их ценности, покинула Нью-Йорк ради пригорода или более солнечных, благоустроенных мест вроде Флориды.

Этот отток ускорили упадок, вызванный левыми мерами Билла де Блазио, и последовавшие за ним некомпетентность и коррупция Эрика Адамса, ввергшие город во всё более ускоряющуюся дестабилизацию.

Рост числа мусульманских избирателей, особенно выходцев из Южной Азии и Ближнего Востока, где антисемитизм, подобный тому, который демонстрирует Мамдани, является нормой, стал ключевой частью этой трансформации.

Эти люди обеспечили ему перевес, который мог компенсировать возмущение со стороны еврейского большинства, всё ещё заметного в пяти районах города. При том, что левая часть еврейского электората, утратившая чувство национальной солидарности даже, наоборот, поддержала его.

И всё же следует признать, что сочетание факторов, приведших к этому результату, сложилось уникальным образом.

В Нью-Йорке Мамдани ни один еврей больше не может рассчитывать на защиту со стороны городских властей. Впрочем, его политика попустительства преступникам и враждебность к полиции сделают город куда менее безопасным для всех без исключения его жителей.

Победа Мамдани и поддержка, которую он получает от либерального истеблишмента страны, усугубят и без того трудное положение умеренных и произраильских демократов, пытающихся не дать партии окончательно рухнуть влево. В ситуации, когда главным мотивом демократов остаётся ненависть к Трампу, нормализация фигуры Мамдани кажется естественной – даже неизбежной.

И хотя в перспективе это может навредить демократам на национальных выборах, уже сейчас очевидно, что этот процесс подталкивает их к дальнейшему распространению антисемитизма внутри партии, а также в культурной и медийной среде, находящейся под левым контролем.

Джонатан С. Тобин.

Перевод Александра Непомнящего.